Caro diario, ...

С чего начинается Родина? Ну, если по-серьезному, то Родине предшествует многомесячная подготовка, продумывание того, какая она и какой ты в ней, кто в ней есть еще кроме тебя, общение с этими кем-то, обсуждение общего прошлого и настоящего. Но это все на словах. А на деле Родина начинается со строяка. Итак, на строяк я ухитрилась таки заехать заблаговременно, хотя мчалась на него аж с Кольского. И привезла с собой Олю etoneya, будущего нашего садовника Робина Гудчайлда. К сожалению, не удалось прихватить с собой и Надю vetl_anka, то бишь его супругу Ромашку, и я на протяжении всей игры очень переживала за то, как ей играется. Мне на этой игре вообще удалось сделать многое впервые. То есть самое глобальное «впервые» было конечно в том году на «Гаванях», но, как показала практика, даже самая что ни на есть игра мистериального типа полна неожиданностей. В общем уже на свою вторую в жизни игру я приволокла ни в чем не повинных людей и, кажись, подсадила их на это дело.

В общем, когда мы приехали намеки на Брендихолл уже были: стоял великолепный зеленый чайный домик, висел неимоверных размеров тент, висел правда криво, ибо не нашлось смельчака, который бы его получше натянул. Ну тут Олька всех спасла, тент взмыл к небесам, а окрыжающие ее сразу зауважали и все Брендибаки поняли, что Робин Гудчайлд – он наш, Брендибак, хоть и называется по-другому:)

Машину-машину2 мы оставили стоять около мастерского лагеря, не решившись продираться по лесу до лагеря. Расстояния на полигоне оказались немаленькие, стояли мы как и полагается на отшибе и нам неоднократно пришлось курсировать между Баклэндом и машиной. По дороге я постоянно встречала знакомых! Просто удивительно, как я за год игровой жизни успела познакомиться с такой кучей народу!

Впотьмах (а как же иначе!) подвалило Эзальское Семейство. Их приезд, а особенно их марш-бросок до лагеря был настоящим шоу, Олька, сопровождавшая меня на поиски заблудших, очень впечатлилась, и первое впечатление оказалось не обманчивым: она согласилась со мной, что этих людей просто нельзя не любить!

Ввиду того, что большинство будущих Брендибаков вознамерилось лечь спать пораньше, мы с Олей, Эзалькой и Сэмчиком отправились в гости туда, где, если я правильно понимаю, потом возник наш драгоценный кабак. Там мы пели, боролись с Лес и Эзалькой, постоянно норовившими перевести разговор на Поттера, а в конце концов углубились в дискуссию о слэше, чем, кажется, окончательно напугали бедного нашего будущего садовника, который решительно не понимал, о чем это мы говорим и что означают все эти слова. (О! Я же наобещала прислать фик про Маглора и Даэрона! Кому еще обещала кроме ezal?)

Утром продолжился строяк. И к вечеру обычная лесная опушка превратилась в уютнейший из домов, а кусок леса с речкой-невеличкой – в Родину. Брендихолл обрел вполне конкретные очертания, на стенах появились портреты чтимых нами предков, на столе – скатерть и всяческая снедь, на веревке – белье, на реке возник паром, а сразу за Брендихоллом встала высокая и глухая Городьба, и светлая березовая роща за ней мигом утратила светлость и березовость, а стала Вековечным Лесом, полным странных скрипов и жутковатых шорохов.

С классическим опозданием был объявлен сбор на парад. По непонятной мне причине в опоздании винят Брендибаков (неужели и часовню тоже мы…?), не знаю, мне показалось, парад был официально перенесен на более позднее время. В общем, мы облачились в наши замечательные хоббичьи в большинстве своем почему-то зеленые одежды, переправились на пароме через реку и оказались на поляне, которая вся пестрела рюшечками, чепчиками, ленточками и полосатыми носками. Все галдят, радуются встрече, договариваются о совместных игровых планах, если еще не успели этого сделать, красуются друг перед другом. Надо сказать, парад мне очень понравился, все были необычайно хороши, представление семейств и отдельных персонажей прошло как-то особенно симпатично. Мне также понравилась идея мастеров дать старт игре через маленькую инсценировку, речь Бильбо на его Дне Рождения. Вспышка, дым, пустое место там, где только что стоял старый мистер Бэггинс, удивленные возгласы хоббитов и все, я уже Селандина Брендибак, и мне 24, и всей этой сцены я видеть не могла, разве что слышать рассказы старших.